Как сообщают РИА Новости:

«Ростехнадзор поручил руководству Транснефти в течение двух недель принять меры по устранению опасных дефектов на двух ветках магистрального нефтепровода «Дружба», по которому нефть поставляется на НПЗ Mazeikiu Nafta в Литве. Ростехнадзор требует от собственников нефтепровода повысить его безопасность в период проведения восстановительных работ и определить сроки их завершения»

Ранее президент «Транснефти» Семен Вайншток заявлял, что компания, возможно, вообще откажется ремонтировать участок трубопровода «Дружба», если сочтет ремонтные работы экономически нецелесообразными. Он отмечал, что в случае, если Ростехнадзор даст разрешение на работу трубопровода, то на его восстановление потребуется один-два года.

Летом 2006 года «Транснефть» прекратила поставки нефти на литовский нефтеперерабатывающий комплекс Mazeikiu Nafta, объяснив это аварией на участке трубопровода в Брянской области.

В Литве прекращение поставок связали с отказом литовских властей продать НПК российским компаниям: в июне акции Mazeikiu Nafta, принадлежавшие правительству Литвы, были проданы польской PKN Orlen. Позже Литва заявляла, что может заблокировать переговоры о сотрудничестве между Евросоюзом и Россией, если не будут приняты меры для возобновления поставок российской нефти в Литву по нефтепроводу «Дружба».

Напомню, что терминал в Бутинге, через который транспортируется нефть в прошлом году перегрузил 5,9 млн тонн (что на 300 тыс. тонн меньше чем в 2005 году). Причем в июле, впервые за последние годы терминал работал в реверсном режиме – т.е. на прием нефти.

С учетом декларативного увеличения мощности Приморска до 150 млн. тонн общая схема с претензиями Ростехнадзора выглядит вполне логично.

Как только мощность БТС будет увеличена более чем в раза необходимость в «Дружбе» от которой питается слишком много стран-транзитеров отпадет. А опробовать механизм блокирования поставок и посмотреть на реакцию можно и сейчас.

В общем, все вполне укладывается в стратегию постепенного отказа от транзитных мощностей сопредельных государств и построения полностью независимых каналов поставки. А следовательно, и повышения доходности у компаний, причастных к экспорту энергоносителей.